Редкие люди. Теленгиты, стражи небесных пастбищ

Они называют себя христианами, но исполняют шаманские ритуалы
и умеют общаться со всемогущими духами Алтайских гор

Среди малых народов России есть те, что не поддались влиянию времени и соседей и сохранили свой уклад и культуру. Их быт за тысячи лет практически не изменился, а древние верования, традиции и язык сохранились. Из-за обособленного образа жизни о них мало что известно. «Моя Планета» решила составить свою Красную книгу народов России, чья культура уже завтра может исчезнуть.

В горах Алтая, на высоте 2000 м над уровнем моря, раскинулась просторная Чуйская степь. Со всех сторон она закрыта от внешнего мира горными хребтами. Это одно из самых засушливых и пустынных мест на Земле, здесь в год выпадает 150 мм осадков. Зимой температура может падать до –50 °С, а летом подниматься до +40 °С в тени. Впрочем, тень эту еще нужно поискать.

Но для теленгитов — местного кочевого народа — эти спартанские условия вполне привычны. В горах практически ничего не изменилось за последнюю тысячу лет.

Это языческое понимание природы уходит корнями вглубь веков, когда народы жили и умирали на родной земле. И сегодня в наследство простым чуйским чабанам все чаще достаются не только земные пастбища предков, но и их небесные угодья: места силы, усеянные могильными курганами и наскальными посланиями из прошлого. По этим рисункам можно историю написать: как тут жили, как яков пасли, как охотились, на чем кочевали и что у каждого племени был свой предводитель вроде шамана.

Согласно переписи 2010 года теленгитов осталось всего 3712 человека. Все богатство местных кочевников-скотоводов — это их родовые пастбища. Каждый год в начале лета старейшины общин, главы семейств, женщины и дети собираются на торжественный молебен, приуроченный к началу летней перекочевки. Они до сих пор живут по лунному календарю, согласно которому снимаются с насиженных мест лишь после первого летнего новолуния в начале июня.

За тысячи лет в Чуйской степи переплелись поветрия и верования всех мировых религий. Теленгиты считают себя христианами, но, несмотря на это, продолжают практиковать шаманские обряды и следовать ритуалам далеких предков. Впрочем, это вполне объяснимо: они были крещены всего полтора столетия назад.

«Быть теленгитом» здесь и сейчас

Чтобы волки не загрызли яков, что пасутся у подножия священной горы, нужно успеть перекочевать на летнюю стоянку. Если снова выпадет снег, то чабаны окажутся отрезаны от летних пастбищ еще как минимум на неделю. Решение о перекочевке принимает Санаа. В 23 года он уже глава общины. В горах взрослеют быстро…

Санаа нужно спасти стадо, оправдав доверие дяди. Заодно испросить благословения предков, что уже давно ушли в мир иной, но оставили о себе таинственные рисунки, которые семья чабанов почитает как священное место предков. Эти люди не заканчивали художественных академий, но на каком-то генном уровне понимают ценность наскальных рисунков, как и авторы этой древней картинной галереи под открытым небом. Возраст наскальных изображений колеблется от нескольких десятков лет до тысячелетий.

Как только кочевник начнет обставлять жилище лишними вещами — он погибнет. По теленгитским поверьям, «хороший чабан — не тот, у которого юрта больше, а тот, у кого пастбища богаче»

Монголы, буряты, хакасы и другие кочевники Азии называют эти культовые места «обоо», что дословно переводится как «груда, насыпь». Они располагаются на дорогах, горных перевалах. Считается, что хозяева обоо — всемогущие духи Алтайских гор. Окропление молоком вокруг обоо символизирует очищение пути к родовым пастбищам — Белую дорогу.

Каждый год семья Санаа кочует с зимней стоянки их дяди, Владимира Саблакова, на летние пастбища. И каждый год останавливается у святилища, чтобы оставить свои подношения Алтай-Кудаю.

Жизнь теленгитских чабанов до сих пор наполнена невидимыми нам символами и ритуалами, в которых оживают воспоминания рода — будто из первобытного детства, когда человечество еще верило в волшебство этого мира

Прогноз хорошей погоды за деньги не купишь, несмотря на технологические достижения в области метеорологии. Наверное, поэтому и появляются на карте Чуйской степи все новые и новые святилища. Одно из таких возникло совсем недавно в урочище Ортолык.

Раньше у каждого рода было свое святилище, но во времена СССР многие из них уничтожили. Новодельный «алтайский Стоунхендж» построил дядя Санаа Сергеева — Владимир Саблаков. Его возвели на месте одного из древних святилищ, уничтоженных в 30-е годы прошлого века. Культовый комплекс назвали «Тагыл». Он, как и древние капища, сориентирован по сторонам света, а ровно в центре символического круга находится жертвенник — очок.

Святилище делится на две части. На одной молятся мужчины, на другой — женщины. Каждый просит не только за себя, но и за эту землю, за это небо, и тогда смысл молитвы становится единым, общим для всех.

Дзаан — кормление огня плотью (жиром и мясом барана), своего рода жертвоприношение. Этот современный ритуал проходит по всем канонам древнего обычая и начинается с раскуривания можжевеловых веток. Дым символизирует очищение от злых духов. После кормления огня камни святилища окропляются чегенем — кефиром.

Эта традиция восходит уже скорее не к шаманским, а к более поздним верованиям, когда на территорию Алтая проникли первые тибетские монахи-паломники. Они принесли с собой новую «белую веру» — «ак дьанг», или бурханизм. Бурханисты съезжаются сюда со всех уголков страны.

Как только кочевник начнет обставлять жилище лишними вещами (мебелью, бытовой техникой) — он погибнет. По теленгитским поверьям, «хороший чабан — не тот, у которого юрта больше, а тот, у кого пастбища богаче». Если Санаа не будет следовать этому правилу, в конце концов он растеряет свое стадо в горах. А без стада, как известно, и юрты не будет.

Долгие годы родовое стадо Саблаковых-Сергеевых находит свой приют у подножия Иикту. Именно в этом горном тупике яки кормятся до открытия перевала от снега, когда можно будет перекочевать выше, на новые пастбища. Там корма хватит до осени. Но пока чабанам Чуйской долины остается надеяться, что волки не доберутся сюда раньше перекочевки.

Успехи 23-летнего старейшины из рода Ак Кёбёк, которому дядя впервые доверил руководство общиной, говорят о том, что не так уж все плохо не только с настоящим, но и с будущим этого небольшого кочевого народа.

Читайте также:

Люди силы: Хампири. Говорящие с духами Анд

Редкие люди: Сойоты

Редкие люди. Нганасаны

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ №ФС77-37998 от 28 октября 2009г. Все права на любые материалы, опубликованные на сайте, защищены в соответствии с российским и международным законодательством об авторском праве и смежных правах. Использование любых аудио-, фото- и видеоматериалов, размещенных на сайте, допускается только с разрешения правообладателя и ссылкой на сайт www.moya-planeta.ru.